Радиоведущая Валя Назаренко: «FM-приемник передает любую фальшь в голосе»

Опубликовано 21 апреля 2015 в 16:42
0 0 0 0 0

Одна из самых ярких городских радиоведущих рассказала TTR о том, каково это работать на радио. Валя Назаренко максимально откровенно о поклонниках, звездной болезни и чувстве персональной ответственности.

— Валя, как ты решила, что будешь радиоведущей?

— Когда мне было 15 лет, вышел фильм «Питер FM». Я посмотрела его чисто случайно в тогда еще работавшем кинотеатре «Сатурн». Фильм произвел на меня такое впечатление, что после просмотра я решила, что непременно буду радиоведущей. Хотя на тот момент я готовилась поступать в университет на романо-германскую филологию и должна была стать переводчиком. Собственно, так в итоге и получилось. Я поступила на филолога.

В университете организовалась телестудия, и я попала туда вне конкурса. Я стала главным интервьюером, разговаривала с самыми значимыми людьми вуза.

Моя наставница сказала, что мне нужно и дальше работать на телевидении, да и все вокруг говорили, что на радио работать слишком просто, а телевидение – это настоящий профессиональный вызов. Если говорить о зарплате, то работать ведущей на ТВ гораздо выгоднее. После окончания университета я решила поехать работать на север. Я удачливая, и сумела устроиться на телевидение, где проработала три с половиной года, после чего решила вернуться обратно в Тольятти. В городе я дала себе буквально одну неделю отдыха, после чего стала рассылать резюме. На «Августе» мне ответили через час после того, как его увидели, так я очутилась на радиостанции.

— Как прошел твой первый эфир на радио?

— Во время первого эфира я наверно поменяла пять тонов цвета кожи. Я никогда так не боялась телевизионных эфиров, как первого выхода на радиостанции. Однажды меня позвал директор и сказал, что в эфире я тараторю и похожа на Бабу Зорьку. Он предложил мне постараться найти себя.

В час у меня было три выхода в эфир, и каждый раз я была в них разная: то с дурацким акцентом, то похожая на Лану Дель Рей, то задорная пионерка.

Мне очень помог совет коллег, которые сказали, чтобы я почувствовала себя Королевой Эфира, совершенно от всего абстрагировалась, прониклась атмосферой и вела передачу так, как будто я разговариваю сама с собой. Стало понятно, что есть только я и микрофон и это, на самом деле, очень интимный процесс. Так я и сумела найти свой голос в эфире.

— Чем Валя Назаренко в эфире отличается от Вали Назаренко в жизни?

— В жизни я не такая разговорчивая. Я вообще социофоб по натуре, не люблю шумные тусовки, когда зовут куда-то, например, в жюри сижу сгорбившись и очень жду, когда мероприятие наконец-то закончится. В эфире я выбрала для себя образ соседки. Такой искренней девушки, которой ты можешь все рассказать. Главное чтобы слушатель чувствовал, что ты не играешь чужой роли, не пытаешься его обмануть, потому что FM-приемник передает любую фальшь в голосе.

— Где проще работать на телевидении или на радио?

— Это две абсолютно разные сферы. На телевидении ты должен быть легок на подъем и очень энергичен, быть таким постоянно очень сложно. Радио – это мир совершенно особенный, где неподготовленному человеку будет очень тяжело работать. На телевидении ты подчиняешься формату, а на даже самом форматном радио у тебя все равно больше свободы и возможности для самореализации. Но я не могу однозначно ответить, где тяжелее, а где легче работать.

— Помогает ли тебе в жизни то, что ты работаешь ведущей на радио?

— Многие считают, что быль радиоведущим, а если взглянуть еще шире, то и вообще журналистом, очень просто. На самом деле это адский труд. Научно доказано, что умственная работа выматывает гораздо сильнее, чем физическая.

Чтобы стать в журналистике успешным, ты должен быть башковитым.

Никакие связи мамы с папой здесь не помогут: полезные знакомства ты можешь заиметь только самостоятельно. То, что я работаю на радио, помогает скорее не мне, а моим друзьям и родственникам, которые звонят и просят о чем-то рассказать или кого-то поздравить. Иногда с меня не берут деньги за проезд таксисты, когда узнают. А вообще я не сторонник использования работы во благо себе.

— Какие основные минусы есть в твоей работе?

— На самом деле плюсов конечно больше, но минусов тоже очень много. В первую очередь – это абсолютная ответственность за каждое слово, которое ты произносишь в эфире. Если ты невнимательно проверишь информацию, как-либо дезинформируешь своих слушателей, то это может не просто стоить тебе места у микрофона на этой радиостанции, но и стать концом твоей профессиональной карьеры. Поэтому все нужно тщательно и несколько раз проверять. Из-за такой нагрузке на работе журналист сильно устает и дома хочет тишины и покоя. Такое поведение очень сильно обижает его близких. Они просто не понимают, что значит взять пусть даже самое пустячное интервью или провести развлекательный эфир. Ну, и про конкуренцию среди коллег-журналистов нельзя забывать. Очень раздражает, когда человек даже после работы остается журналистом. Ты встречаешь такого, а он начинает анализировать, как ты ведешь эфир. Мне кажется, такие люди не расслабляются вообще никогда.

— Какие для тебя существуют профессиональные табу?

— Я никогда не буду говорить о сексе. На других радиостанциях могут быть развлекательные шоу, связанные с этой тематикой, но мне не хочется, чтобы так было в моем эфире. Не стану говорить про политику, потому что я сама от нее уже очень устала. Буквально каждое СМИ сейчас обсуждает эту сферу жизни, а мне просто не хочется. Не допущу мата, не потому что получу за это штраф, а потому что это уже не можно и выглядит бескультурно до крайности.

— Накладывает ли на тебя дополнительную ответственность в обычной жизни твой статус известной радиоведущей?

— Нет, не накладывает. Иногда я очень резко с кем-то разговариваю, могу нагрубить, когда понимаю, что вокруг происходит какая-то несправедливость. В драку, разумеется, не полезу, но потом все равно за свое поведение бывает очень стыдно.

Моя работа развлекать людей. Таких, как я, много.

Я не стану кричать на каждом углу: «Да вы знаете, кто я»?! Давай посмотрим правде в глаза. Я всего лишь радиоведущая.

— Расскажи о своих поклонниках.

— Есть две стороны медали. Мои эфиры слушают люди с ограниченными возможностями. Я стараюсь, по мере возможности, ездить к ним на дни рождения, потому что я понимаю, что радио – это неотъемлемая часть их жизни, то, что входит в их распорядок дня. Я всегда вывожу их в эфир, даже если они звонят каждый день. Не потому, что испытываю к ним жалость. Я просто хочу сделать им приятно.

Среди моих поклонников очень разные люди. Есть четырехлетняя девочка, есть мужчина, которому 68 лет. Мне безумно приятно, когда они говорят, что я заряжаю их энергией.

Но есть и обратная сторона медали. Я спокойно отношусь к девушкам нетрадиционной сексуальной ориентации, у меня есть такие знакомые, но сама я никогда такой не стану, просто потому, что не хочу. Были несколько неадекватных девушек, которые пытались атаковать моих охранников, прорваться в студию. Одна такая пришла с бутылкой пенного и розочкой в окружении парней. Девушка стала кричать в открытые окна студии, что она будет со мной. Микрофоны очень чувствительные, и все это было слышно в эфире.

— Легко ли на твоей работе подхватить звездную болезнь, и как с ней бороться?

— Это просто болезнь века для всех медийных людей. У меня она была, и мне за это очень стыдно. Универсального рецепта избавления от звездной болезни нет. Она лечится только самоконтролем, а контролировать и сдерживать себя бывает очень трудно. Даже в нашем городе есть люди, которые звездной болезнью страдают. Такие есть и в моем близком окружении. Мне кажется это от каких-то комплексов. Не знаю, как еще можно объяснить желание, чтобы на тебя постоянно смотрели.

— Стоит ли сейчас становиться журналистом?

— Становиться журналистом стоит, только если ты твердо уверен, что добьёшься в профессии успеха и знаешь, как это сделать. Будучи средним журналистом, ты просто не сможешь прокормить семью. Хороших журналистов в нашем городе можно пересчитать по пальцам. Если у тебя нет уверенности, что это работа прямо специально для тебя создана, то лучше пойти учиться на востребованные профессии, стать преподавателем или переводчиком.

— Может ли человек с улицы попасть на радиостанцию?

— С улицы попасть на радиостанцию легко, но не в этом городе. Все очень зависит от директора. Некоторые руководители готовы дать дорогу молодым и амбициозным. Другие считают, что если реклама продается, а станция приносит доход, то ничего не нужно менять. Это и есть та самая звездная болезнь, о которой мы с тобой говорили. Иногда бывает, что новичок со свежим взглядом может принести радиостанции гораздо больше пользы, чем динозавр, который работает там с момента основания. Однако не все готовы это понять.

 

0 0 0 0 0